Издатели «Энквайрера» и «Уорлда» не могли, разумеется, даже надеяться на подобную дань уважения своим трудам. Свистун, однако же, не слишком удивился, потому что, прожив долгую жизнь в Хуливуде, разучился удивляться чему бы то ни было.

"БМВ" и сидящим в нем повезло куда больше, чем водителю и пассажирке колымаги. Машина осталась на ходу, хотя радиатор, разумеется, был поврежден. На мостовую из него так и хлестала охлаждающая жидкость. Передние бамперы были похожи на алюминиевую фольгу, смятую в гармошку. Искореженные покрышки шипели, как раненые звери, в той пугающей тишине, какая всегда наступает после грохота аварии.

И тут с пассажирского сиденья послышался истерический вопль.

Свистун подошел и открыл, потянув на себя, дверцу. У потрескавшегося ветрового стекла сидела чрезвычайно хорошенькая молодая женщина. Ее юбочка была задрана, а трусики спущены. Она начисто позабыла о том, какое зрелище собой представляет. Вроде бы она в инциденте никак не пострадала. Крик ее, однако, звучал по нарастающей. Свистун схватил ее за длинные золотистые волосы, заставив повернуться и посмотреть ему в лицо. Ее глаза по-прежнему ничего не видели, ее предохранители были готовы вот-вот полететь. Свистун дважды хлестнул ее по лицу – и она, не издав больше ни звука, повалилась ему в объятия.

Ему ничего не оставалось, как вытащить ее из машины. Надо было или затащить ее в бар, рискуя заработать грыжу, или опустить прямо здесь на грязную мостовую. Водитель выбрался из машины и, широко расставив ноги, оперся на крышу машины, в попытке обрести равновесие. Затем его руки скользнули вниз: он застегнул молнию на брюках. Свистун знал этого человека. Ну, строго говоря, лично не знал, зато ему было известно, кто это такой. Каждую неделю его показывали по ящику в полицейском телесериале. Он играл белого агента, внедренного в мафию. А другой актер, похожий на смуглого кавказца, играл полицейского-негра. Сериал как сериал. Не считая того, что в сериале серьгу в ухе носил негр, а в жизни – тот, кто играл белого агента.